«Изменить себя — самое сложное испытание для человека. Мы готовы изменить всё вокруг, только бы не меняться самим, потому что это болезненный процесс ограничений и отказа».
Неофитство есть такое младенческое состояние, когда человек только входит в Церковь. В этом начальном периоде церковной жизни неофитство вполне законно и терпимо как болезни роста и детское восприятие мира у малышей, растущих и воспитывающихся. Беда начинается тогда, когда человек в неофитстве «застревает» на многие годы. Апостол Павел пишет: «Когда я был младенцем, то по-младенчески говорил, по-младенчески мыслил, по-младенчески рассуждал; а как стал мужем, то оставил младенческое» (1 Кор. 13:11). Нынешнее неофитство и есть то самое состояние, когда человек не выходит из детского возраста. Представьте себе взрослых, бородатых дяденек или дородных тетенек, сидящих в песочнице, пускающих слюни, играющих в куклы и по-детски друг с другом общающихся.
Представьте человека, который однажды открывает для себя Церковь. Погружаясь в Евангелие и наставления святых отцов, он начинает вести церковную жизнь. Регулярно читает утренние и вечерние молитвы, посещает богослужения по воскресеньям и праздникам, участвует в таинствах исповеди и причастия.
Спустя годы, возможно, пять или десять, или более, он вдруг понимает, что не хочет идти в церковь. К этому времени все богослужения он уже знает наизусть, ежедневные молитвы и чтение Евангелия, повторяемые сотни раз, ему наскучили. Исповедоваться в одном и том же ему надоело: сколько бы он ни перечислял свои грехи, они не исчезают и остаются прежними. Начинают опускаться руки, становится скучно и грустно, внутренний разлад терзает душу: он не отверг веру, но перестает чувствовать себя частью Церкви.
Такой «неофит» начинает пропускать службы. Сначала одну, потом другую. Сначала его мучает совесть, но он находит оправдание своим действиям и утешение в собственных размышлениях. Он сокращает молитвенное правило, оставив лишь несколько «ключевых» молитв, а затем и вовсе перестаёт молиться. Со временем приходит к мысли, что посты ему не нужны.
Всем сердцем возжелав спасительных обетований и не получив их, не вкусив их делом, потому что неофитские средства не привели к желаемой цели, – человек терпит фиаско в вере и уходит из Церкви, считая ее в лучшем случае, человеческой ошибкой, в худшем – сознательной обманщицей.
«Двадцать лет хожу в церковь, но ничего не меняется…». Сегодня у многих верующих христиан подсознательно возникает этот вопрос. Почему годы, проведённые в храме, не меняют нашу жизнь? Причина проста и печальна. Мы ограничили своё понимание православия выполнением внешних обрядов. Ходим в церковь, ставим свечи, читаем молитвы, соблюдаем посты, исповедуемся, причащаемся, венчаемся — и считаем это полноценной церковной жизнью.
Ситуация, когда после 10 и более лет воцерковления опускаются руки, связана с духовным выгоранием, потерей интереса к церковной жизни, ощущением бесперспективности или разочарованием. И если в начале церковной жизни всё было просто и понятно: вот он, грех, с ним надо бороться, то по мере продвижения вперед и проигрышной многолетней борьбы, у верующего опускаются руки, потому что он упирается в невидимую стену.
Христианство – это путь к личной связи с Богом через постоянный поиск Его присутствия. В двадцать третьем псалме, который читают перед причастием, мы находим слова: «Сей род ищущих Господа, ищущих лице Бога Иаковля». Повторяя слова царя Давида, мы понимаем, что именно желание сохранить эту связь заставляет христианина молиться. Давид, несмотря на постоянную занятость, говорил: «Седмерицею днем хвалих Тя» (Пс. 118:164). Он находил время для молитвы семь раз в день, чтобы восстановить связь с Богом, которую разрушали его дела. Кто из нас находит возможность и время идти по стопам царя Давида?
В Нагорной проповеди Иисус призывает христиан к покаянию, то есть к изменению образа жизни с разворотом на 180 градусов, означающую радикальную смену направления, переосмысление ценностей, привычек или жизненных приоритетов. Вспомним слова Христа: «Царство Небесное силой берется, и те, кто прилагает усилия, наследуют его» (Мф. 11:12). Парадокс заключается в том, что чем больше мы прилагаем усилий, тем сильнее начинаем сомневаться в себе. Ведь изменения — это самое сложное для нас.Христианская жизнь требует усилий в молитве, аскетизме и нравственных поступках.
Еще одна проблема заключается в неофитстве самой церкви, которая остается на уровне новичков. Для всех она одинакова: и для преуспевших, и для неофитов. Причина в том, что верующие, прошедшие через воцерковление на протяжении не менее 10-15 лет и более, сталкиваются с невидимым препятствием духовного возрастания. Несмотря на строгое соблюдение всех правил и регулярное посещение служб, они не ощущают того духовного роста, который описан в трудах святых отцов.
Святой — значит Божий. Это тот, в ком «изобразился» Бог. В православии святые — это люди, которые через внутреннюю молитву покаяния (Иисусову молитву) и духовные подвиги достигли духовной зрелости и близости к Богу. Почему в наше время этот подвиг умного делания забыт повсеместно?
Богообщение является некоей священной солью христианства. Как хорошо приготовленные яства, если не будут посолены, могут оказаться негодными к употреблению, так и внешне благополучные христиане, если не будут видеть смысл своей жизни в непрестанном богообщении, соделаются непригодными для Царствия Небесного.
Поэтому, как в ветхозаветные времена все жертвы были сожигаемы, так и ныне вся жизнь христиан должна быть оживотворяема богообщением. Под непрестанным богообщением святые отцы понимают, собственно, непрестанную молитву. Каждый православный христианин, со смирением приступающий к сей молитве, уже вступает этим в область богообщения. Ведь наше покаянное обращение, наша мольба к Богу Живому есть начало сего священного богообщения, даже если до времени наша молитва как бы остается без ответа.
Вместе с непрестанной молитвой, богообщение проявляется как: страх Божий, постоянное памятование Бога, хождение пред Богом, жизнь во Христе. Всё это лишь разные выражения единого по своей сущности явления — живого и деятельного богообщения.
Мы, современные христиане, забываем о том сокровище, которым обладаем. Ведь это применительно к нам, чадам Церкви Христовой, сказал Бог: «Я — Господь… явлю на вас святость мою… И дам вам сердце новое и дух новый дам вам; и возьму из плоти вашей сердце каменное, и дам вам сердце плотяное. Вложу внутрь вас дух Мой…» (Иезек. 36; 23, 27).
Старец Фаддей Витовницкий: «Внутренняя молитва — вот самый великий труд, который может совершать человек. Потому что наш враг — сила мысленная — знает, что в молитве человек сердцем и чувствами приближается к Богу, а духи злобы стараются привязать человека к земным предметам».
Иеромонах Анатолий Киевский: «Без Иисусовой Молитвы не будет спасения, потому что страсти в сердце нельзя ничем убить, кроме нее. На имени Иисуса Христа держится вся вера Православная и все благочестие. Кто хочет истинно научиться любить Господа, тот обязательно должен упражняться в Иисусовой Молитве».
Преподобный старец Серафим Вырицкий (1866–1949): «В самые тяжелые времена удобно будет спасаться тому, кто в меру сил своих станет подвизаться в молитве Иисусовой, восходя от частого призывания имени Божия к молитве непрестанной».
Преподобный старец Феодосий Кавказский (1841–1948) наставлял, чтобы творили Иисусову молитву, и говорил, что если бы люди знали, что ожидает их после смерти, то день и ночь молились бы Богу.
По словам аввы Исайи: «Много смущает и тревожит бесов то, когда инок вооружает себя тайным поучением, которое заключается в следующей молитве: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного».
Преподобный Исихий Иерусалимский говорит: «Счастлив тот, кто всецело сосредоточен на Иисусовой молитве, обращаясь к Нему в сердце своём непрерывно, как воздух обнимает наше тело или пламя — свечу».
А святитель Иоанн Златоуст призывает: «Дорогие братья, никогда не оставляйте этой молитвы. Пусть она всегда будет с вами, будь то во время еды, питья, путешествия или любого другого дела. Постоянно произносите: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня».
Конечно, люди молятся не только в исихии. Однако в таких случаях наше общение с Богом неизбежно переплетается с земными мыслями и чувствами, которые далеко не всегда чисты. Возможно ли в таких условиях достичь настоящего и плодотворного богообщения? Это вопрос, на который сложно ответить однозначно.
Непрестанная молитва возможна лишь как молитва углубленная, сосредоточенная, обнимающая ум и сердце. Как это бывает – знает лишь тот, кто переживал это на опыте. Умножать время молитвы до бесконечности нельзя, этот путь неверен. Молитву надо углублять, усилием воли заставляя себя вникать в смысл слов, не позволяя повторять без внимания знакомые слова. Чувства силой не заставишь появиться, но по стараниям очищать сердце от страстей Бог даст силу, и чистому сердцу нетрудно засветиться самыми лучшими чувствами.
«Смирением и послушанием истощается гордость; скромностью, простотой, хождением по совести и чувству долга, независимостью от мнения людей истощается тщеславие; щедростью, милостынями, пожертвованиями истощается сребролюбие; молитвой, богослужением, размышлением и памятованием о Боге, чтением, беседами о спасении, делами милосердия истощается праздность; дружбой, единодушием, делами милости истощается блудная страсть; участием в ближних, настроением мира, радушием, терпением истощается гнев; упованием на Бога, страхом Божиим, памятованием о смерти и мученической кончине, как соразделением крестных страданий Господа, истощается уныние.»
Следует отметить, что внешние, телесные аскезы представляют собой символическое отражение принципов Ветхого Завета, тогда как чистота сердца является фундаментальной характеристикой Нового Завета. Если верующий ограничивается исключительно внешними проявлениями религиозной жизни, не переходя к внутреннему очищению, он фактически останавливается на уровне Ветхого Завета, не достигая глубинных аспектов христианского духовного опыта.
Основная причина современных христиан кроется в отсутствии подлинной внутренней молитвы и покаяния. Человек может формально молиться, но не иметь того сердечного обращения к Богу, которое преображает душу. Внешние действия не заменяют внутреннего изменения. Без настоящей, глубокой покаянной молитвы и работы над собой человек не поменяется и не спасется. По этой причине он пребывает неофитом.
Желающий подвизаться молитвой Иисусовой встает с земли, и потому дьявол сейчас же начинает бороться с ним, и бесы приходят в тревогу». Это реальный опыт наших дней, тех, кто начинает подвизаться внутренней молитвой покаяния.
Почему же в таком случае не «борют» воцерковленных верующих, имеющих многолетний опыт внешней молитвы? Никто не задавал себе данный вопрос? А зря.
Христиане, посвящающие себя внутренней молитве, становятся самыми непримиримыми противниками демонов. Бесы — это духовные враги человечества, которые проявляют свою истинную природу при произнесении имени Христа: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня грешного!»
Святитель Игнатий (Брянчанинов) говорил, что «без внимания молитва — не молитва. Она мертва, бесполезная, душевредная и оскорбительная для Бога». Духовная жизнь невозможна без следования заповедям Евангелия и искреннего покаяния в их нарушении.
Любой, кто полагает, что все богатство святоотеческого опыта можно постичь исключительно через чтение книг, глубоко ошибается, потому что получит от любого духовного наставника молитвы такой же ответ, какой дал старец Леонид: эти творения следует читать через «деяния». Проще говоря, «без труда не выловишь рыбку из пруда», потому что мы находимся в положении, аналогичном положению новорожденных детей, которые еще не научились ползать и не имеют возможности проверить пути святых отцов на собственном опыте. Нам необходимо учиться, но не только по книгам. Для верующего эти книги имеют такое же значение, как история литературы для литературоведа. Мы должны каждое слово здесь проверять на своем опыте, создавая святоотеческий опыт заново. Иначе это будут лишь поверхностные знания.
Аминь!
Автор публикации
