Монашество — это добровольное отречение от мира ради всецелого служения Богу. Его основа — слова и пример Иисуса Христа (например, «Если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твоё и раздай нищим» — Мф. 19:21).
Основные обеты:
Нестяжание — отказ от личного имущества, чтобы обрести свободу духа и беспристрастность к земным вещам.
Целомудрие — безбрачие и воздержание от близкого общения с лицами иного пола.
Послушание — добровольное отсечение своей воли и следование воле Божией, которая открывается через духовного наставника. Цель монашеской жизни — наиболее полное единение с Господом через исполнение заповедей о всецелой любви к Богу и ближнему. Монахи призваны совершать особое служение — непрестанное пребывание в богообщении и молитву за весь мир.
Когда новопостриженному монаху вручаются четки, то произносят следующие слова: «Приими, брате, меч духовный, иже есть глагол Божий, ко всегдашней молитве Иисусове, всегда бо имя Господа Иисуса во уме, в сердцы и во устех своих имети должен еси, глаголя присно: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного».
«Упражнение в молитве Иисусовой есть обет монаха. Исполнение обета есть обязанность, от которой нет возможности отречься». (свт. Игнатий (Брянчанинов))
СОВРЕМЕННАЯ СИТУАЦИЯ В МОНАСТЫРЯХ
Иноческая жизнь, если она удерживается на должном духовном и молитвенном уровне, — это фундамент, основание жизни христианского народа. От процветания или упадка иноческой жизни находится в прямой зависимости победы или поражения, процветание или упадок и всех остальных областей жизнедеятельности христианского общества.
«Именем Господним бей ратников. Нет сильнее оружия ни на земле, ни на небе», – говорил преподобный Иоанн Лествичник и другие святые отцы.
Господь говорит: «В чем застану (в момент смерти), в том и сужу». Молитва Иисусова: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешнаго», – как раз и позволяет удобнее всего исполнить заповедь «возлюби Бога всем сердцем, всею душою, всем помышлением, всею крепостию» (Мф. 22:37).
Что мы имеем по факту? По данным на 24 сентября 2025 года, в Русской православной церкви (РПЦ) действуют 962 монастыря, из которых 463 — мужские и 499 — женские. На территории России расположено 584 обители, в том числе 282 — мужские и 302 — женские. По данным на начало 2024 года, в Русской православной церкви (РПЦ) в России насчитывалось 6351 насельник (монашествующий мужчина) и 9518 насельниц (монашествующих женщин). Информация взята из открытых источников.
28 марта 2023 г. в Общественной палате РФ состоялось заседание Благородного собрания, посвященное исихазму – как практике мистического богословия. Организаторы встречи – Сергей Юрьевич Рудов, член Общественной палаты РФ, ответственный секретарь президиума ВРНС, и Константин Валерьевич Малофеев, заместитель председателя Всемирного Русского Народного Собора, предприниматель, общественный деятель, владелец телеканала «Царьград».
В современных монастырях трудно найти тех, кто занимается Иисусовой молитвой, не говоря уже о наставниках среди таковых – их практически там нет. Это утверждение прозвучало 28 марта 2023 года в Общественной палате РФ. Сергей Юрьевич Рудов, соорганизатор встречи, поделился в выступлении на заседании Благородного собрания, посвященного исихазму – практике мистического богословия. С его слов, они проехали большинство монастырей России и только в двух нашли практику Иисусовой молитвы. Один расположен в Бурятии, где настоятель учился по книге Новикова Н.М., второй — на острове Русский.
Вопрос о «закате монашества» — это тревожная метафора, с которыми сталкивается современное монашество.
Монашество, которое изначально являлось внутренним подвигом, обращением ума и сердца к Богу и очищением души от мирских забот, утеряло свою суть. Вместо этого акцент смещается на внешние дела и служение. Иноки отличаются от мирян лишь одеждой, правилом и безбрачием, а глубина молитвы и внутреннего делания в монастырях безвозвратно утеряна.
Монастырская жизнь всё больше подвержена влиянию мира. Технологии, социальные связи и современные ценности проникают в обители, что порождает искушения и приводит к размыванию границ между монашеским и мирским укладом.
Ещё древние отцы предупреждали о подобных тенденциях. Например, преподобный Антоний Великий предсказывал, что в последние времена монахи оставят пустыни и устремятся к городам, а вместо нищеты воцарится стремление к богатству, а смирение превратится в гордость. В святоотеческой традиции такие предупреждения трактуются как знак того, что в последние времена духовная жизнь ослабевает.
В ЧЕМ ПРИЧИНА УПАДКА СОВРЕМЕННОГО МОНАШЕСТВА?
Архимандрит Рафаил (Карелин), который 70 лет посвятил монашеской жизни, пишет о монашестве следующее:
Еще недавно монастыри разрушали, монахов ссылали и убивали. Теперь монастыри открывают, но монашество стало похоже на больного, умирающего на мягкой перине. Раньше были монахи — хорошие или плохие, но монахи. Теперь же сколько появилось людей, которые сами хорошо не понимают, чего они ищут в монашестве, чего хотят. Какой хаос творится в их сердцах и головах под шелковыми рясами и выглаженными клобуками!
Почему катастрофически падает монашеский дух? Почему иноки стали отличаться от мирских людей только безбрачием, молитвенным правилом, а также иной одеждой? Мы встречаем монахов-строителей, проповедников, богословов, врачей, воспитателей и т. д. именно потому, что эти занятия заполняют духовный вакуум, который образовался в сердце современного монашества. Говорят, что теперь другие времена, но ведь мир и раньше не понимал монашества, и, однако, оно не требовало понимания и признания мира, оно отделяло себя от него не столько монастырской стеной и песками пустыни, сколько главным — устремлением своего духа, самоотречением. «Я распялся миру, и мир распялся мне» (см.: Гал. 6, 14), — сказал об этом самоотречении апостол Павел. Монашество — это подвиг непрестанного обращения ума и сердца к Богу и очищения души от мирских образов и помыслов, под которыми скрываются страсти. Монах — тот, чье освобожденное от теней и призраков мира сердце живет и дышит именем Иисуса Христа.
Монашество — это искусство непрестанной Иисусовой молитвы, которое святые Отцы называли художеством из художеств и наукой из наук. Только эта внутренняя сердечная, неведомая миру молитва может сделать инока иным существом. Древние Отцы учили Иисусовой молитве своих учеников; они считали ее самым главным делом монаха, а все остальное — только приготовлением к ней.
СВЯТИТЕЛЬ ИГНАТИЙ БРЯНЧАНИНОВ
Святитель Игнатий (Брянчанинов), будучи выдающимся богословом и духовным наставником XIX столетия, выражал глубокую озабоченность относительно состояния монашеского сословия в тот период. В своих многочисленных трудах он неоднократно подчеркивал, что наблюдаемое состояние монашества является симптомом более широкого духовного кризиса, затрагивающего не только монашескую братию, но и все общество в целом.
В письме к монахине Афанасии (Обуховой) он писал: «О монашестве я писал Вам, что оно доживает в России, да и повсюду, данный ему срок. Отживает оно век свой вместе с христианством. Восстановления не ожидаю. Восстановить некому. Для этого нужны мужи духоносные, а ныне даже водящихся отчасти писаниями Отцов, при объяснении их душевным разумом, каков был отец Макарий Оптинский, нет».
Святитель выделял несколько ключевых проблем:
Утрата внутреннего делания. Главным признаком надвигающейся кончины он считал повсеместный отход от внутренней, молитвенной жизни и удовлетворение внешней, показной стороной монашества. Часто за «актёрской» внешностью скрывалась глубокая безнравственность.
Отсутствие духоносных наставников. Он подчёркивал, что для возрождения монашества нужны были «мужи духоносные», но в его время даже те, кто отчасти руководствовался писаниями Отцов, часто толковали их «душевным разумом», а не Духом Святым.
Формализация и «самочинное монашество». Святитель говорил о тенденции воспринимать сам факт проживания в монастыре как гарантию спасения, без реального внутреннего подвига. Это он называл «самочинным монашеством» — ложной формой, которая внешне похожа на подвиг, но по сути является его искажением.
ПОСЛЕСЛОВИЕ
По прошествии более трёх десятилетий возрождения церковной жизни, включая открытие монастырей, наблюдается тревожная тенденция: в монашеских обителях не наблюдается появления новых духовных наставников умного делания, способных занять место уходящей старой гвардии. Отсутствие преемственности в передаче духовного опыта свидетельствует о наличии глубинных структурных изменений в институтах монашества.
Из монастырских обителей происходит отток монашествующих. Несколько лет назад была учреждена специализированная комиссия, перед которой стояла задача проведения комплексного исследования феномена дезертирства из монашеской жизни. Анализ причин, побуждающих к оставлению монашеского сана, позволяет констатировать, что ключевая проблема данного явления кроется в многолетнем периоде неофитства и отсутствии дальнейшего духовного прогресса как главной цели монашества.
Аминь!
Автор публикации
