В современном мире безверия, полном прагматизма, многие не воспринимают нематериальное, духовное как практичное и полезное, силу молитвы, не осознавая её глубины. То, что не приносит немедленного, ощутимого результата, нередко отступает на второй план или вовсе ставится под сомнение. Отсюда и наивная самооценка — надеяние на себя, а не на Бога. Однако пророк Илия, совершив свой молитвенный подвиг на горе Кармель, доказал обратное. Его молитва не только изменила ход событий, но и стала символом победы веры над неверием.
Быть христианином означает нечто большее, чем просто верить в Бога и следовать религиозным предписаниям. Христиане — это те, кто осознал, что Бог явился в мир в образе человека. Мы увидели Его сердцем, и нам была дарована благодать (ср. Мф. 16, 17), которая открыла нам, что перед нами Тот, Кто сотворил вселенную и нас. Он — источник всего сущего, благодаря Ему бьются наши сердца и сердца наших близких. Он — основа всего (Ин. 1, 3–4).
Разве может возникнуть вопрос о том, может ли мирянин молиться Иисусовой молитвой? Ведь эта молитва — стремление постоянно пребывать со Христом (см. 1 Фес. 4, 17), видеть Его и следовать за Ним (Мк. 10, 47–52).
Священное Писание многократно подтверждает нам значение призывания имени воплощенного Сына Божия как в нашей каждодневной борьбе с грехом, так и с точки зрения непрерывного общения с Ним, бескорыстной любви к Нему и в целом спасения:
«Имеющий Сына имеет жизнь; не имеющий Сына Божия не имеет жизни. Сие написал я вам, верующим во имя Сына Божия, дабы вы знали, что вы, веруя в Сына Божия, имеете жизнь вечную» (1 Ин. 5, 12–13);
«Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно» (Мф. 6, 6);
«И если чего попросите у Отца во имя Мое, то сделаю, да прославится Отец в Сыне. Если чего попросите во имя Мое, Я то сделаю… чтобы чего ни попросите от Отца во имя Мое, Он дал вам» (Ин. 14, 13–14; 15, 16; 16, 23–26). И Господь объявляет нам: «Без Меня не можете делать ничего» (Ин. 15, 5).
Первые христиане твердо хранили святейшее имя Иисуса Христа, как можно видеть из посланий св. апостола Павла, который так пишет к ним: «Освященным во Христе Иисусе, призванным святым, со всеми призывающими имя Господа» (1 Кор. 1, 2).
«Молитва Иисусова — это общее дело у человека с ангелами; этою молитвою люди скоро приближаются к ангельскому житию. Молитва — источник всякому доброму делу и добродетелям и отгоняет от человека тьму страстей. Приобрести ее — и будет душа твоя прежде смерти равноангельскою». (Паисий Величковский)
Бог нисходит к нам, когда через установленные Им Самим Таинства сообщает нам Свою Божественную благодать, но мы восходить к Нему можем не иначе, как молитвой. Ибо молитва есть не что иное, как восхождение ума к Богу. И действительно, чем более молитва отрешает нас от всего видимого, тем более делает нас способными к принятию высших посещений благодати, тем более даем ей простор в своем сердце. «Без непрестанной молитвы не можешь приблизиться к Богу», — учит св. Исаак Сирин.
Другой отец Церкви говорит, что и Богу нужно нисходить к нам, и нам восходить к Нему, и таким образом, при срастворении достоинства, должно происходить общение Бога с человеками. Пока же они пребывают каждый в своем достоинстве: Бог — в достоинстве высоты, а человек — в достоинстве низости, благость несоединима, человеколюбие несообщимо (свт. Григорий Богослов).
Святой Исихий (Сирин) говорит: «Не может наш ум победить мечтание бесовское только сам собою, и никогда на это не надеется, ибо враги коварны. Разумей немощь нашего ума, который, пока молит Иисуса Христа против лукавых духов, удобно их отгоняет и побеждает невидимые борения вражие; когда же надеется сам на себя безрассудно, тогда, подобно так называемому быстрокрылому, разбивается и падает».
Молитва же, по словам Отцов, есть ничто иное, как восхождение или возвышение ума к Богу. Потому-то Святые Отцы и заповедают молиться непрестанно. «Как тело наше, когда в нем нет души, мертво и злосмрадно, так и душа, когда не подвигает себя на молитву, мертва, окаянна и злосмрадна, — говорит свт. Иоанн Златоуст. — Если лишишь себя молитвы, сотворишь то же, как если бы кто вынул рыбу из воды, ибо как для нее жизнь есть вода, так для тебя — молитва».
Молитва есть самый обильный источник христианских добродетелей и душа жизни духовной. Всякое усердное приношение молений наших приятно Богу и нам спасительно, но преимущественно — призывание имени Господа нашего и Искупителя Иисуса Христа. Этот восьмисловный бисер по видимости мал, но достаточно силен для просвещения ума, очищения, освещения и небесного наслаждения, более всех многоценных камней св. молитв.
Для преуспевания в духовной жизни мы должны непрестанно призывать Господа Иисуса Христа. «Непрестанно пребывай в призывании имени Господа Иисуса, — пишет свт. Иоанн Златоуст, — чтобы сердце поглотило Господа и Господь сердце, и были они едино».
Почему мысленная молитва является особой честью для нас?
Потому что во время мысленно творимой молитвы мы удостаиваемся аудиенции, но не с монархом, не с кем-либо из земных владык, а с самим Богом.
Мысленная молитва — это форма молитвы, которая совершается в уме, без опоры на словесные формулы. В отличие от словесной (устной) молитвы, где используются готовые тексты, мысленная молитва совершается в уме. Ключевое условие — сосредоточенность ума к произносимым словам молитвы. Святитель Игнатий Брянчанинов подчёркивал: «Молитва без внимания — молитва пустословие».
Ум должен «затворяться» в словах молитвы, не позволяя рассеиваться на посторонние мысли. При этом важно не подменять молитву мысленной фантазией: святитель Игнатий предостерегал от создания в уме «картинок», поскольку Бог неописуем, и воображение есть «стена» между человеком и Творцом.
Таким образом, мысленная молитва — это не «думать о Боге», а целенаправленный внутренний труд, направленный на личное общение с Ним молитвой.
Апостол Павел, который больше, нежели какой-либо другой человек, знал, сколь велика сила молитвы, заповедал нам никогда не прекращать ее, но непрестанно и непрерывно молиться, сказав: «Непрестанно молитесь» (1 Фес. 5; 17).
Аминь!