Каждое действие христианина связано с молитвой. Молитва открывает и завершает день. Мы обращаемся к Господу перед едой и после неё, перед началом любого доброго дела и после его окончания. В идеале молитва должна стать для нас естественным процессом, подобным дыханию. Она будет сопровождать нас даже за пределами земной жизни.
Мы состоим из тела и души, поэтому молитва может быть как внутренней, так и внешней. Апостол говорит: «Прославляйте Бога и в телах ваших, и в душах ваших, которые суть Божии» (1 Кор. 6:20).
В определении молитвы подчеркиваются две стороны: «Возношение ума и сердца» – внутреннее духовное состояние, и «благоговейное слово человека к Богу» – внешнее ее выражение.
Как душа важнее тела, так и внутренняя молитва выше внешней. Во время внутренней молитвы верующий обращается к Богу умом и сердцем, не прибегая к внешним действиям. Например, Моисей, увидев войска фараона у Чермного моря, не произносил вслух молитву, но Господь спросил его: «Что ты вопиешь ко Мне?» (Исх. 14, 15). Анна, мать пророка Самуила, была услышана не за громкий вопль, а за внутреннее, сердечное воззвание. «Не было слышно голоса ее», — говорится в Писании (1 Цар. 1, 13), но Бог услышал ее.
В святоотеческих текстах часто противопоставляют внешнюю (словесную, устную) и внутреннюю (умную, сердечную) молитву. Это связано с двумя направлениями в православной практике. Первое, традиционное, считает внешнюю молитву единственно верной. Оно возникло во времена Владимира Святославича и до XIV века не вызывало сомнений. Второе направление, подчеркивающее важность «умного делания», появилось под влиянием исихазма. Его связывают с именами преподобных Сергия Радонежского, Нила Сорского, архимандрита Паисия Величковского, преподобного Никодима Святогорца, епископов Феофана Затворника и Игнатия Брянчанинова и других.
Исихазм, воспринятый частью русского монашества, рассматривал внутреннюю молитву как способ постоянного общения с Богом и «умного предстояния» перед ним. По словам одного из наставников, «существо молитвы… есть умное восхождение к Богу из сердца» (Умное делание, 1936). Это учение нашло отражение в многочисленных трудах святых отцов, таких как «Невидимая брань» (1904), «Отечник» (1903), «Брянчанинов» (1905), «Умное делание» (1936) и «Искатель» (1991).
Внешняя и внутренняя (умная) молитва отличаются способом обращения к Богу, уровнем сосредоточенности и задействованными аспектами человеческой природы. Внешняя молитва предполагает выражение своих желаний и чувств через слова, поклоны, коленопреклонение, крестное знамение и другие внешние знаки благоговения, слезы и воздыхания. Стоит обратить внимание, что внешние слёзы и внутренний плач — это не одно и то же, хотя они тесно связаны. Слёзы — это внешнее проявление, а плач — это внутреннее состояние, процесс переживания.
Слёзы — это физиологический процесс. Мы проливаем их от физической травмы, от потери близкого человека, от крушения надежд, от обиды или несправедливости. В этом смысле слеза — это естественная реакция души на трагедию этого мира, искаженного грехом. Она — честный свидетель нашего страдания. Святитель Иоанн Златоуст говорил, что нет ничего более естественного для человека, чем плакать над своими несчастьями.
Плач души — это проявление и результат действия находящей божественной благодати. Плач — это глубокое сердечное сокрушение о своих грехах пред Божественным милосердием. Такой плач рождается от сокрушенного сердца сознанием грехов, под воздействием которой человек испытывает глубокое раскаяние. Этот внутренний плач не всегда выражается в видимых слезах и может быть тихим и сокровенным, что придает ему особую значимость.
«Блаженны плачущие, ибо они утешатся» (Мф.5:4) – говорит Священное Писание, подразумевая покаянное сокрушение и духовное утешение благодатью Святого Духа кающегося христианина. «Плач есть укоренившаяся скорбь кающейся души», – учит прп. Иоанн Лествичник.
Какая молитва считается совершенной? Как мы уже говорили, настоящая молитва должна быть искренней и духовной (Ин. 4, 24). Это значит, что ум, сердце и дух человека должны быть полностью вовлечены в молитву как способ общения с Богом, потому что Бог — есть Дух. Человеческий дух, освобожденный от мирского, погруженный в осознание величия Бога и возносящийся к Нему, становится жертвой, угодной Богу (Пс. 50, 19).
Внешняя молитва без внутренней не имеет большой ценности. В то же время внутренняя молитва может существовать без внешней. Вся суть христианского подвижничества заключается в устремлении к внутренней молитве.
Внешняя молитва сама по себе не может быть угодной Богу, если она не сопровождается внутренней молитвой. Как было показано ранее, внешняя молитва — это лишь внешнее проявление внутренней молитвы. Без обращения ума и сердца к Богу, без страха перед Богом и истинной веры в Него, внешние действия, имитирующие молитву, являются лицемерием. Они не только не угодны Богу, но и могут Его разгневать.
Внешняя молитва без внутреннего содержания подобна телу без души. Когда молитва становится внутренней, она глубоко переживается молящимся. Молитвы, которые мы читаем по молитвеннику, часто многословны. Внешний человек молится длинными фразами, потому что ему нужно много слов, чтобы выразить свои мысли. Но его сердце при этом молчит, он не понимает силу и значение каждого молитвенного выражения.
Внутренняя умная молитва, напротив, представляет собой мысленное обращение к Богу, происходящее в глубине человеческого духа. Она не обязательно сопровождается внешними действиями. В этом состоянии человек беседует с Богом, используя силу своего ума и сердца, не произнося слова вслух.
Теперь перейдём к Евангелию.
Иисус открывает самарянке истину, которая ляжет в основу нового духовного богослужения христиан. Он говорит: «Наступает время, когда и не на горе сей, и не в Иерусалиме будете поклоняться Отцу… Истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине, ибо таких поклонников Отец ищет Себе».
Спаситель заповедал: «Вниди в клеть твою и, затворив двери твоя, помолися Отцу твоему, Иже в тайне: и Отец твой, видяй в тайне, воздаст тебе яве». Клеть эта, как толкует святитель Димитрий Ростовский, означает сердце. Следовательно, заповедь Господня обязывает тайно — в сердце — умом молиться Богу. Заповедь эта на всех христиан простирается.
В Евангелии от Луки изложена притча Иисуса Христа о неправедном судьей и бедной вдове, в которой возвещается о великом могуществе и милосердии Бога Вседержителя, о действенной силе молитвы и веры. Наша скоротечная жизнь полна тревог, скорбей и страданий, на земле нет справедливости и весь мир лежит во зле со времен грехопадения Адамова, но Христос говорит, что нам нужно непрестанно молиться и не впадать в уныние и отчаяние, помня, что Бог есть Всемогущий Защитник людей, «вопиющих к Нему день и ночь». Как бы нам ни было тяжело в страшную минуту жизни – в минуту безнадежного житейского горя, разочарования во всем и крушения надежд, мы должны не предаваться печалям и унынию, но непрестанно молиться Богу с верой и надеждой на Его заступничество.
Апостол Павел, не делая исключений, утверждает: «Непрестанно молитесь» (1Фес. 5:17). Эти слова предназначены не для монахов или особых подвижников, а для всей Церкви. Следовательно, если кто-то считает, что непрестанная молитва не для него, он невольно ограничивает Евангелие рамками своих личных предпочтений.
Святые отцы говорят о молитве прежде всего как о внимании ума и сердца. Потому и краткая молитва – «Господи Иисусе Христе, помилуй мя» – занимает в Предании особое место. Она проста, почти незаметна внешне, но способна стать тихим дыханием души. Это не магическая формула и не техника самоуглубления. Это призывание Христа, соединенное с покаянным чувством собственной немощи.
Непрерывная молитва — это не подвиг избранных или эзотерическая техника, доступная лишь узкому кругу людей. Она — фундаментальная память о Боге, к которой призван каждый христианин. Молитва может начинаться с простого обращения к имени Христову, с тихих воззваний в течение дня или с целенаправленного усилия сосредоточиться. Со временем это становится частью жизни, как дыхание. Тогда слова апостола Павла звучат по-новому: непрестанность перестает измеряться количеством произнесенных молитв и превращается в состояние сердца, которое постоянно возвращается к Господу, создавая глубокую духовную связь.
Аминь!
Автор публикации
